— Сеньорита позволит с ней побеседовать наедине?
— И не подумает… — начала было Габриэль, но так и не успела договорить. Энрико подхватил её под руку и буквально потащил за собой. Не желая устраивать скандал перед родителями, она подчинилась, но в душе у неё всё клокотало от ярости.
Энрико успел изучить сад, потому сразу повёл её в сторону ряда фруктовых деревьев. Лишь убедившись в том, что их никто не может услышать, он остановился и прихватив Габриэль за локоть, повернул к себе лицом. Она было собиралась «выразить» своё негодование, но услышала злой голос: — Закрой свой прелестный ротик, пока я не потерял последние остатки своего терпения. Я беседовал с твоим отцом. Он дал согласие на наш брак. Помолвка состоится сегодня же. Посмеешь воспротивиться — я намотаю твои волосы на руку и потащу тебя к алтарю…без помолвки. Всё ясно, сеньорита? — Энрико вперил в неё угрожающий взгляд.
— Почему бы тебе не найти…другую невесту? Вокруг тебя их немало. Да и кто откажет «красавцу Энрико»? — Габриэль ответила вызывающим взглядом, показывая всем своим видом не только твёрдость, но и…презрение к его угрозам. Энрико не мог не заметить этих отчётливых знаков. — Следовательно, ты отказываешься?
— Ты явно поумнел после нашей последней встречи. А если не хочешь услышать более откровенное мнение, сделай то же, что и вчера, — она совершила полукруг правой рукой и поклонилась, указывая ею в сторону ворот.
— Хорошо, — с виду спокойно ответил Энрико, — для меня в сущности не имеет большого значения ты… или твой отец.
Он собирался уйти, но был остановлен взволнованным голосом.
— О чём ты говоришь? Это моё решение. Оставь отца в покое.
— Сожалею, — на губах Энрико показалась мрачная улыбка, — меня оскорбили в вашем доме. Попрана моя честь. И здесь есть только два выхода. Я вернусь после полудня и приведу с собой гостей. Разумеется, нас должна встречать моя невеста. В противном случае, мне придётся вызвать на дуэль твоего отца и…убить.
Энрико поклонился и ушёл, оставив Габриэль в глубочайшем смятении.
Глава 10
Энрико всё сделал в точности, как и обещал. Он действительно явился в окружении двух десятков людей, включая и его собственного отца. Все были пышно разодеты и несли в руках подарки
новоиспечённой невесте.
Для всего семейства Ди Перона происходящее напоминало некое театрализованное представление, где все выглядели торжественно, вели степенные беседы и изливались в лучших пожеланиях. Бедняга граф никак не мог поверить в то, что всё и на самом деле, так как кажется. Ему казалось, будто Габриэль решила устроить очередной розыгрыш. Эти размышления всё же не мешали ему мчаться в меру своих возможностей по всему дому и раздавать приказания. Однако, как ни старались слуги и само семейство, приезд гостей застал их врасплох. Столы лишь начали готовить к торжеству. Ещё хуже обстояли дела с невестой. Её не успели подготовить. Да и где успеть, когда всё происходило буквально в считанные часы. Из–за спешки возникло немало обстоятельств,
осложнявших предстоящую помолвку. В виду такого положения, граф и графиня занялись гостями, в то время как Диана и Мария поспешно готовили Габриэль к выходу.
Впрочем, готовила одна Мария. Диана стояла в стороне и, скрестив руки на груди, втихомолку посмеивалась. Она и не сомневалась в том, что Габриэль устроит очередной скандал. Судя по одежде всё к тому и шло. Мария то и дело с ужасом осматривала сестру, издавая нечленораздельные восклицания. После чего следовали тщетные уговоры, бесполезность которых была очевидна прежде всего ей самой. Габриэль никто не мог переубедить, когда она принимала то или иное решение. Ожидая самого худшего и с откровенным страхом, она повела сестру к гостям. Габриэль же выглядела совершенно спокойной. Лишь лёгкая бледность указывала на волнение. Но если оно и имело место, так ни в коей мере не отразилось на твёрдом взгляде. Так они и вступили в зал. Стоило им появиться, как гости мгновенно затихли и как один устремили на неё потрясённые взгляды. Исключение составлял лишь Энрико. Он смотрел в её сторону с холодной насмешливостью,
так как ожидал увидеть нечто подобное.
Габриэль явилась к жениху…в мрачном чёрном платье с распущенными волосами. Состояние вполне приемлемое в случаях, когда человек перенёс тяжёлую потерю, но оскорбительно и из рук вон вызывающе в случае, который имел место. Родители не знали, куда деться от стыда. Оба покраснели и с угрозой смотрели в сторону Габриэль. Она же остановилась и приветствовала всех как и подобает
— лёгким поклоном.
— Вы очаровательны, сеньорита, — Энрико, с уст которого не сходила злая усмешка, подошёл к ней и
предложил руку.
Всё дальнейшее стало напоминать некую невесёлую пьесу, где каждый добросовестно исполнял свою роль, но при этом старался не смотреть на других, понимая, что вместе со всеми и помимо воли оказался в глупом положение. Исключение составляли двое. Энрико и Габриэль. Первый все знаки внимания принимал с видимым удовольствием, вторая — с молчаливой покорностью. Блестящий красавец и невзрачная девушка в траурном облачении. Они составляли столь сильный контраст, что это сразу бросалось в глаза. И всё же это обстоятельство ничуть не помешало довести церемонию до
конца.
В присутствии многочисленных гостей они обменялись кольцами, тем самым получив официальный статус жениха и невесты. Едва произошло это знаменательное событие, как гости, под видом неотложных дел, стали один за другим покидать дворец Ди Перона. Судя по этой поспешности, никто более не желал участвовать в этом представлении. Усаживаясь в кареты, гости с глубоким возмущением обсуждали оскорбительное поведение Габриэль. Не стоило сомневаться в том, что уже к вечеру в городе узнают об этой странной помолвке во всех подробностях.
В зале, за праздничным столом, осталось лишь семейство графа включая и Дона Алессандро. А так же герцог. Энрико и Габриэль сидели рядом во главе стола. Первый выглядел гордо, вторая замкнуто. Тем временем Энрико поднялся, а затем залпом осушил кубок в честь своей новоявленной невесты. За первым бокалом последовал второй. Это стало происходить всё чаще и чаще. Герцог с опаской смотрел в сторону сына. Ему было известно, как он не сдержан в состояние опьянения. Несколько раз он давал понять, что сейчас не время и не место для такого поведения. Но Энрико всё пропускал мимо ушей. Вскоре его поведение стало столь вызывающе развязным, что обратило внимание всех присутствующих. Это произошло, когда Габриэль протянула ему руку по его же просьбе. На безымянном пальце сверкал перстень, усыпанный алмазами. Он и стал предметом пристального внимания Энрико. Осмотрев его с непонятной для остальных тщательностью, Энрико с неприкрытым презрением отбросил её руку и с тем же чувством громко вскричал:
